Testament. Возрождение проклятых

Написал Dimon 25 октября, 2016 в Немного Другой Музыки

[Статья из журнала "Metal Maniacs" за июнь 2008 года]

Если бы «Большую Четвёрку» американского трэша 80-х (Metallica, Slayer, Megadeth и Anthrax) можно было расширить до «Большой Пятёрки», у каждого из нас было бы на этот счёт своё мнение. Безусловно, наследие Exodus и их эпохальные альбомы (правда, не всё так гладко – помните альбом ‘Force Of Habit’?) сыграли бы им на руку. Overkill взяли бы арсеналом альбомов (не все из них великолепные, но на уровне), мировой армией поклонников и многотысячными живыми выступлениями. Команды второго эшелона трэша вроде Flotsam & Jetsam и Death Angel также можно было бы рассмотреть в качестве кандидатов, но ни одна группа не заслужила бы этой чести больше чем Testament.

Группа Testament выросла на родине американского трэша – в Районе Залива Сан-Франциско/Окленде – выпустила ряд успешных релизов на крупных лейблах и оказала немалое влияние на жанр, что можно услышать в музыке нынешних коммерчески успешных команд вроде Shadows Fall и Lamb Of God. С момента выхода дебютного альбома, ‘The Legacy’ (1987) вплоть до пятой пластинки, ‘The Ritual’ (1992) – в самый успешный период для тяжелой музыки – группа оставалась на передовой жанра и на виду у прессы. Альбом ‘Low’ (1994) вдохнул новую жизнь в музыкально изношенную группу. Джеймс Мёрфи заменил ушедшего соло-гитариста Алекса Сколника, а оригинальный барабанщик Луи Клементе уступил место за установкой Полу Бостафу, Джону Темпесте, Джону Детти, а затем и Джину Хоглану, с которым группа выпустила альбом ‘Demonic’ (1997). Оригинальный басист Грег Кристиан также к тому моменту коллектив покинул, и гитарист Эрик Питерсон с вокалистом Чаком Билли остались единственными оригинальными участниками Testament. В 1999 году группа выпустила невероятно убойный альбом ‘The Gathering’, где на барабанах сыграл сам Дэйв Ломбардо из Slayer, а басистом стал Стив ДиДжорджио. Чак Билли считает этот альбом одной из лучших работ группы за последние несколько лет. Питерсону и Билли пришлось пережить не только проблемы с составом, но и со здоровьем (в 2001 году у Чака Билли диагностировали рак, от которого он успешно вылечился), но все эти превратности судьбы лишь добавили ребятам огня, мотивации и желания выпустить девятый студийный альбом. В 2005 году группа записала концертник ‘Live In London’ (он также вышел на DVD), собравшись в оригинальном составе и потрясающе исполнив бессмертную классику.

Выход альбома ‘The Formation Of Damnation’ был неизбежен; оставалось лишь терпеливо подождать. Новый лейбл Nuclear Blast несколько лет стремился подписать контракт с Testament и сделал это как нельзя вовремя, когда команда собралась в оригинальном составе – за исключением Клементе (его пока заменяет Пол Бостаф). Уж очень долго ждали новый альбом. ‘The Formation Of Damnation’ – это достойная и целостная пластинка; зрелая, продуманная и мрачная, но в ней чувствуется энергия опытных ветеранов. Написанный под вдохновением от старых идей, альбом придётся по душе как преданным поклонникам группы, так и новой армии фэнов. Недавно лейбл Prosthetic Records перевыпустил альбомы Testament 90-х, и вновь все взоры обращены на героев из Района Залива. Что же касается «Большой Четвёрки» – ну, давайте просто скажем, что иногда яркий свет может ослепить артиста.
Ведь недаром же изначально группа называлась «НАСЛЕДИЕМ. Теперь-то нам всем понятно почему!

Изменились ли ваши взаимоотношения, скажем, с Алексом и Грегом по сравнению с тем, что было в 90-х?

Чак Билли: Честно говоря, нет. Никто никогда не уходил со скандалом. Раньше мы были моложе, постоянно вместе гастролировали и учились уважать личное пространство друг друга. Алекс пришёл в группу в 16 лет и фактически вырос в дороге, постоянно находясь с нами. Когда ему исполнилось 23, он захотел попробовать поиграть другую музыку и заняться другими делами; он просто вырос, поэтому ничего СТРАШНОГО в этом не было, как и с Грегом и Луи… мы все эти годы поддерживали связь. Думаю, теперь мы, безусловно, стали ближе. Ребята вернулись, и появилось ощущение, что всё как в старые добрые времена.

Эрик Питерсон: Мы с Алексом познакомились совсем подростками; вместе познавали музыку, вместе бегали за девчонками [смеётся]. Затем группа стала успешнее и популярнее, и в музыкальном плане наши с ним взгляды разошлись. Мне нравился более тяжелый материал, а ему – джаз и всё такое. Мы фактически выросли в дороге, поэтому странное было ощущение. Мы, по сути, всё время были вынуждены находиться вместе. Не только мы с ним, а вообще все ребята в группе. Алексу в итоге надоело играть музыку в одном жанре. Думаю, сегодня он с уважением относится к моей игре – конечно же, и я всегда уважительно относился к его увлечениям. Вернувшись, он увидел, что мы с Чаком многие годы не давали группе загнуться. После ухода Алекса я как бы стал основным гитаристом, играл больше соляков и всё такое. Думаю, отношения между ребятами в группе стали лучше. Мы выросли.

Чак: [смеётся] После стольких гитаристов и барабанщиков приятно было, наконец, увидеть в группе оригинальных ребят. Первая репетиция успехом не увенчалась. Мы сбивались и пытались вспомнить партии, но уже на следующий день репетировали как в старые добрые времена – ТУТ ЖЕ сыгрались! Мы подумали: «Чёрт возьми! Как быстро!». Все были в форме, и мы поняли, что иначе и быть не может.

Чак, в 2004 ты рассказывал мне, что написал несколько песен, но не уверен в них. Ты подумывал о том, чтобы их забраковать?

Чак: Да, было у нас несколько песен. Время было неподходящее. Атмосфера не та; и песни были не те. Мы забраковали весь тот материал. Мы знали, что так будет. Странное было ощущение. Я пытался придумать партии, фразировку, но у меня не получалось. Мы тогда работали с Эриком и Полом над новым альбомом. Затем Пол ушёл в Exodus, и мы решали вопрос с нашим лейблом “Spitfire Records”. Отношения у нас были не самые лучшие, и в итоге они продали наш контракт компании “Sheridan Square Entertainment”, которая заявила, что не собирается подписывать новые группы и будет выпускать только афроамериканскую музыку. Мы связались с ними и сказали, что не хотим больше с ними работать, и вечером того же дня нам пришёл факс с подтверждением. Nuclear Blast хотели подписать с нами контракт лет десять, и теперь мы, наконец, смогли с ними работать. Примерно через неделю мы позвонили Sheridan, чтобы узнать можем ли мы получить права на записи, выпущенные на Spitfire, потому что у них было порядка четырёх альбомов – они вернули нам ‘The Gathering’, ‘Demonic’, ‘First Strike Still Deadly’, и ‘Live At The Fillmore’, которые мы вновь выпустим на лейбле Prosthetic Records. Мы четыре года пытались с ними разобраться, и всё шло не так как надо, но нет худа без добра. Мы ушли со старого лейбла, сочинили ещё более крутые песни и вернули оригинальных музыкантов в группу, так что у нас теперь отличный мощный состав.

И я полагаю, Nuclear Blast относятся к вам с уважением.

Чак: О, да, пока всё хорошо. К сожалению, некоторые лейблы, с которыми мы работали, продавали наши пластинки, а потом сворачивали лавочку и объявляли себя банкротами, либо не выполняли свои контрактные обязанности. Обидно, потому что мы думали, что предоставляем им крутой материал и качественный продукт, а они ни хрена не делали. Мы знали, что Nuclear Blast никуда не собираются; они, вероятно, ещё лет 20 будут на рынке, поэтому мы понимали, что их намерения серьёзны; к тому же, они действительно ХОТЕЛИ подписать с нами контракт; им нравилась наша группа. Нам поступило немало предложений, но Nuclear Blast превзошли всех, и мы знали, что эти ребята давно хотели переманить нас к себе.

Опишите новый альбом человеку, который слушает группу уже много лет.

Эрик: Жизнь тяжела – но Testament тяжелее! Эта пластинка просто… ну, мы устроили прослушивание альбома в Великобритании и Nuclear Blast привезли туда журналистов со всей Европы. Пол в аудитории был деревянный, так что музыка казалась ещё более мощной и плотной. Некоторые журналисты навазли ‘Formation’ ЛУЧШИМ альбомом Testament! В нём присутствуют все основные и важные ингредиенты ‘The Gathering’, но есть соляки, а Чак поёт как на ‘The New Order’ или ‘Practice What You Preach’, как в лучшие свои годы. Не так много гроулинга, хотя в некоторых местах он присутствует.

Чак: Я послушал финальный микс и могу сказать лишь одно: «Мы сделали это!». Когда мы начали сочинять материал для этого альбома, мы вернулись из тура в поддержку ‘The Gathering’, а для меня это одна из наших лучших работ. Мы немного нервничали и боялись, что не сможем превзойти тот альбом либо выпустить альбом не хуже ‘The Gathering’. Когда мы сочиняли новый материал, мы знали, что песни тяжёлые и легко запоминаются, но прослушав окончательный вариант, мы решили, что ПРЕВЗОШЛИ ‘The Gathering’. Своей цели мы достигли.

Твой вокал на ‘The Formation Of Damnation’ очень-очень мощный и это, бесспорно, твоя лучшая работа за многие годы. Как на этот раз готовился к работе в студии?

Чак: Ну, честно говоря, первым делом месяцев восемь назад я перестал курить травку. Уверен, для многих это неожиданное заявление, потому что я выкурил ДО ХРЕНА травы с огромным количеством людей [смеётся]. В прошлом году мы гастролировали, давали концерты, где каждый день были перелёты, и я не мог постоянно возить с собой траву. За пару недель до той поездки я перестал курить, откатал тур, вернулся домой и понял, что не курю уже месяц. Через пару недель мы снова собирались в тур, и я решил не курить, и на гастролях почувствовал, что стал петь лучше, у меня прибавилось выносливости и энергии. Я вернулся домой и был в себе очень уверен. Я знал, что мы собираемся начать писать материал и в итоге записывать новый альбом, поэтому решил, что лучше пока не курить. В студии я чувствовал себя сильнее и энергичнее, чувствовал больше уверенности и голос у меня был реально мощным. Выносливость стала лучше, а голос – чище.

На альбоме ‘The Formation Of Damnation’ есть элементы ‘Practice What You Preach’, Souls Of Black’ и ‘Low’, как и более быстрый материал, напоминающий ‘The Legacy’ и более тяжёлые ваши последние альбомы. Насколько тяжело было сочинить такую пластинку и не звучать при этом как пародия на самих себя?

Чак: Эрик всегда умел сочинить классные и новые риффы, умел разнообразить игру. Во многом это связано с его сторонним проектом – Dragonlord – и его любовью к блэку. Для Testament он пишет иначе, и приятно, что Алекс вернулся. Последние пару альбомов мы структурировали песни, где не было места для соло, а на этом альбоме песни мы строили специально так, чтобы осталось место для соло-партий. Когда с нами играл Ник Баркер, он отвесил Эрику хороший пинок под зад, поскольку Ник играет экстремальный металл, а Питерсон – поклонник блэка. Но для Testament он пишет иначе, и конечно же, песни должны запоминаться и цеплять. Для этого я сажусь с Эриком, работаю над песнями и риффами и говорю ему, где спою, а где будет припев. Мы работаем вместе и детально разбираем, что где и как будет звучать.

Эрик: Скажем, творческий процесс начинается с меня. У каждого есть своё мнение, и все мы соглашаемся, как должна звучать песня. Некоторый материал мы написали после ‘The Gathering’, но я бы сказал, что большая часть была написана за последние несколько лет. Мы использовали лучшие свои риффы, которые написали давным-давно. Мы по кусочкам собрали кое-какой старый материал и соединили с более современным.

Чак: Приятно было почувствовать давление, начать работать и выпустить альбом. Его ждали восемь лет и вполне подождали бы ещё несколько месяцев. Спешка ни к чему, главное – чтобы всё было как следует.

Эрик, как твоё участие в Dragonlord отразилось на песнях Testament? Особенно, с классическим составом.

Эрик: Dragonlord всегда был моим сайд-проектом, но мне НУЖНО было этим заниматься, потому что мне это было необходимо. Testament сегодня гастролируют не так много, как раньше, поэтому даже находясь дома мне всегда нужно оставаться креативным. Но Testament всегда был моим приоритетом, и я немало сделал, чтобы сохранить группу на протяжении многих лет. В паре песен на новом альбоме – ‘Persecuted Won’t Forget’ и ‘Henchmen Ride’ – более мрачная, тяжелая и блэковая атмосфера, но всё же для Testament я пишу совершенно иначе. Эта музыка мне всегда ближе всего.

Какие ваши любимые песни на новом альбоме и почему?

Чак: Они все любимые. Каждая выделяется. Я бы сказал, ‘The Evil Has Landed’ – одна из моих любимых, в ней поётся об ужасном теракте 11 сентября и взрыве башен-близнецов. Рифф просто УБИЙСТВЕННЫЙ. ‘Afterlife’ – ещё одна песня, которая мне близка, потому что мы с Эриком недавно потеряли отцов, и это наша им дань. Есть и менее заметные песни вроде ‘Leave Me Forever’, над которой Эрик работал ещё, когда в группе был Крис Контос, перед альбомом ‘Low’. Эрик мне сказал, что они работали над инструменталкой для нового альбома. Я не знал, что из этого получится. Когда Алекс пришёл и записал свои соло, я послушал и знал, что это будет. Это старая песня, для которой мне все никак не давали написать текст. Я попросил ребят дать мне написать тексты, спеть вокальные партии и привнести некоторые идеи. Затем я улетел в Лос-Анджелес, где работал над лирикой со своим другом, который уже давно помогает мне сочинять тексты. Я вернулся, а на следующий день записал песню. Получилось гораздо лучше, чем кто-либо мог себе вообразить.

Поскольку вы теперь гастролируете не так много, как раньше, насколько тяжело подготовить себя к гастролям и тому, что вы проведёте несколько месяцев вдали от дома?

Чак: Это совсем не тяжело. Мы с Эриком и Питером живём в Районе Залива. Алекс – единственный, кто живёт на восточном побережье, в Нью-Йорке. Мы собираемся и работаем над песнями, и Алекс прилетает за неделю до тура на репетиции. Алекс – настоящий музыкант. Он участвует в огромном количестве проектов и для него приехать и быстро подготовиться – абсолютно естественно. У нас в этом году запланированы крутые выступления. Мы не уезжаем сразу на пять-шесть недель в Европу. Надеюсь, в сентябре-октябре прокатимся по Америке, но сначала надо дождаться, как примут альбом. Однако год будет насыщенным.

Эрик, недавно я читал, что причина, по которой спустя 20 лет ты смог сочинить столь достойные песни, состояла в том, что группа так и не «выбилась в элиту», однако никогда не опускала руки. Был ли период, когда группа НЕ чувствовала себя в своей тарелке и играла посредственную музыку?

Эрик: В музыкальном плане это было во время ‘The Ritual’. Я тогда слишком расслабился и пустил всё на самотёк. Мне нравилась отнюдь не вся музыка, которую мы писали. Бывали, безусловно, времена, когда я на многое закрывал глаза, чтобы сохранить группу – во всяком случае, мне так казалось. Так что да, бывало, глядя на некоторый состав группы, я думал: «Нет, это не Testament».

Рады были, когда представилась возможность вернуть Луи?

Чак: Ну, Луи как раз собирался вернуться. Мы этого хотели. В прошлом году он собирался съездить с нами в один тур, но никому не сказал, что у него артрит. Он не мог держать барабанные палочки и колени его не слушались, поэтому пришлось нам принять такое решение. Не могли мы взять Луи на гастроли в таком физическом состоянии, потому что не хотелось если вдруг что – отменять концерты, а то и целый тур. Мы тогда впервые обратились к Полу, отыграть несколько концертов. Джони Темпеста был первым барабанщиком, а Луи ему помогал. После того как Джонни ушёл, Луи откатал с нами несколько полноценных туров. Затем его стали мучить боли в руках… Честно говоря, я бы хотел, чтобы Луи был с нами, но не думаю, что он сможет сыграть на должном уровне или как Пол и Ник Баркер. Но мы по-прежнему считаем Луи участником группы. Мы играем ему новые риффы, и он предлагает свои идеи, он по-прежнему один из наших лучших друзей.

Эрик: Я очень хотел, чтобы Луи вернулся в группу. Некоторые ребята были не уверены, что это хорошая идея, но я разговаривал с Луи и пытался его убедить вернуться. У него сейчас действительно всё хорошо, он работает на себя, и я думаю, ему хватило тех концертов, один из которых теперь можно посмотреть на DVD. Я с ним до сих пор часто общаюсь и держу его в курсе дел группы; он за нас очень рад и всегда поддерживает наши решения.

Молодые команды вроде Shadows Fall и Lamb Of God говорят, что ваша музыка оказала на них немалое влияние. Считаете ли вы, что собравшись в оригинальном составе, вы до сих пор должны что-то кому-то доказывать?

Эрик: Не думаю, что мы кому-то что-то должны доказывать. Мы уже и так давно всем всё доказали – выжили в 90-х и существуем уже много лет. Музыка наша говорит сама за себя.

Чак: Не сказал бы, что нам нужно что-то доказывать. Но пусть не думают, что мы опустили руки [смеётся]. Не думайте, что наше время прошло. Я рад за эти команды и очень горжусь тем, что мы смогли оказать на них влияние; они повлияли на новое металлическое движение. Надеюсь, они послушают наши новые альбомы и скажут: «Да, бл*дь! Вот это Testament!».

Материал и перевод: Станислав “ThRaSheR” Ткачук


Dimon

  1. Севастополь сказал тебе 25 октября, 2016 в 10:34 пп

    Ой, класс! Спасибо.

    Ответить
  2. Гугенот сказал тебе 26 октября, 2016 в 12:20 дп

    Чуваки, спасибо за труды!

    Ответить
  3. smash the reds сказал тебе 26 октября, 2016 в 4:59 дп

    только недавно вник в the formatnon и сейчас слушаю его чуть ли не чаще нового альбома.

    Ответить

Чего задумался? Ну давай, напиши ответ...

Как сменить аватару?

Иди на gravatar.com и загрузи аватар туда.

Архивчик

Весь Архив