Чак Шульдинер из Death: «Для музыканта не должно существовать никаких рамок и ограничений»

[Интервью из самиздатовского журнала "Midwest Metal" (США) № 8 март-апрель 1995 года]

Перемены. Жизнь полна перемен. Хороших, плохих. 1995 – год многочисленных перемен для Death. Новый лейбл, новый гитарист, басист и весьма оптимистичный взгляд в будущее. Это разговор с человеком, который не нуждается в представлении. Основатель и многосторонний парень, Чак Шульдинер. Приятного чтения!

Чем вызван переход группы с лейбла Relativity на Roadrunner?

Мы были на Relativity с 1987, и честно говоря, всегда были какие-то проблемы. Затем они решили избавиться от своих металлических команд. Остались только мы. И мы от этого прилично пострадали. Потом компания Sony выкупила лейбл Relativity, уволила последнего человека, смыслящего в металле, а затем они решили, что настало время избавиться от Death. Мы должны были выпустить у них ещё один альбом – им должен был стать ‘Symbolic’. Но Relativity договорились о сделке с Roadrunner, которым мы уже давно приглянулись, и с тех пор всё отлично.

Каково быть на Roadrunner?

Я очень доволен. Последние три года мы работали с ними в Европе, и они всегда относились к нам с уважением. И я думаю, альбом ‘Symbolic’ будет успешным. То есть, будет нормальная реклама и куча прессы. Мы официально подписали контракт прямо перед тем, как пошли записывать альбом. В студии было приятное ощущение, зная, что альбом выйдет на новом лейбле. Царила приятная атмосфера. Все мы довольны пластинкой, и надеемся, что она принесёт нам успех – это наш шестой альбом.

Контракт с лейблом долгосрочный?

Пока мы подписали на выпуск двух альбомов, и добавили ещё один в знак преданности. Теперь мы сможем вместе работать над парочкой альбомов и посмотрим, как пойдёт. Мы хотим закрепить с этими ребятами долгосрочный творческий и деловой союз. Мы здесь реально счастливы.

Чем работа с Джимом Моррисом отличается от работы со Скоттом Бёрнсом?

Джим – феноменальный парень. Он приложил руку к записи альбома. Материал на пластинке изобилует различной сменой настроения и текстур, и Джим помог нам передать все это на альбоме. Джим работал с множеством музыкантов различных жанров, и похоже, это пошло нам на пользу. Скотт был занят другими делами, так что у нас появилась отличная возможность поработать с Джимом. Звучание получилось настоящим и качественным. И барабаны Джина (Хоглана) звучат так, как и должны.

Сколько времени заняла запись альбома?

Где-то семь с половиной недель. Мы так долго ещё не записывались. Бюджет был на этот раз приличный, поэтому мы могли никуда не спешить. Ещё ушло много времени на подготовку к записи. Прежде чем отправиться в студию, мы с Джином записали демки для всех песен. Мы записали множество идей, прежде чем начались студийные сессии. Барабаны, вокал, соло и ритм были уже готовы в «сыром» варианте, и поскольку был готов вокал, мне это помогло.

На мой взгляд, песни звучат более расслаблено и плавно.

Да, это так, всё это благодаря тому, что мы репетировали, готовились к записи и писали демки. Мы записывали много материала на 4-канальном пульте и 8-канальном. Я всем советую так делать, это очень круто, почти затягивает.

Когда начинается тур?

Ну, альбом выходит 21 марта, поэтому тур по Штатам начнётся в начале мая. Мы с нетерпением ждём этого момента. Альбом уже готов, мы просто ждём. Новый состав действительно убойный.

Каким образом в Death появились басист Келли Конлон и гитарист Бобби Койбл?

Ну, Стив (ДиДжорджио) принял решение покинуть группу за пару месяцев до того, как мы собирались идти в студию. И его поступок застал нас врасплох – мы этого ожидали, но не знали, когда. Мы бы хотели, чтобы он остался, но невозможно заставить человека, если он этого не хочет. И у него есть своя группа, что круто, мы с ним отлично провели время. И нам нужен был человек, который понимал, что играет Стив, и был в курсе того, что играем мы. Ещё мы хотели, чтобы новый музыкант хотел бы остаться в группе и после записи альбома. Я сделал несколько звонков и мне очень рекомендовали Келли. С ним отлично сработались, к тому же он живёт во Флориде, а это тоже огромный плюс. А насчёт гитариста – мы знали, что Энди (Ла Рок) был занят в King Diamond, так что связались с Бобби, и он просто рвёт струны. Я с ним ещё лет 11 назад познакомился, когда мы в школе учились. Он и тогда был в порядке, я очень хотел, чтобы он сыграл на альбоме ‘Individual Thought Patterns’, но этого так и не произошло. Я хочу, чтобы все поскорее услышали этого парня на концертах, он играет сердцем, к тому же живёт в пяти минутах от меня. Осталось только Джина перевести из Лос-Анджелеса, и всё будет круто (смеётся).

Назови своё личное и главное достижение Death на данный момент.

Нас за последний год с небольшим стали узнавать в журналах. Они понимают и знают, что мы не только издаём непонятный шум. А личное достижение для меня – я недавно дал интервью журналу Guitar World. Это для меня почётно. Группа существует уже больше десяти лет, и я всегда верил, что усердная работа принесёт свои плоды. И когда такой журнал как Guitar World хочет взять у тебя интервью, это огромная честь. Ещё Джин давал интервью журналу Modern Drummer, и я знаю, что он в восторге. Новый контракт это всегда круто. Зае*ало это дерьмовое отношение от альбома к альбому.

Похоже, песня ‘1000 Eyes’ могла бы стать отличной идеей для концептуального видео. Будут ли клипы с нового альбома?

Мы бы хотели что-нибудь снять, но сейчас это не очень выгодно с коммерческой точки зрения. Передачи Headbanger’s Ball больше нет. Американский её вариант всё равно был юморным. Но европейская версия этой передачи реально крутая. Они приезжали на некоторые наши концерты и даже кое-что снимали. Домашнее видео – это тоже круто. Таким образом, люди бы увидели не только концертные съёмки, но и домашние кадры с репетиций и тусовок.

Чем Death отличаются от большинства коллег?

На мой взгляд, мы не следуем моде и трендам. Лично мне плевать, есть ли группы быстрее – всё это уже тысячу раз было. Раньше нас поносили за наше творчество, и это дерьмово. Вечное недовольство. Но мы не такие. Ещё могу сказать, что в дэте очень много границ и рамок. Для меня, дэт-метал – это внутреннее ощущение, звучание, отсутствие рамок и границ. Я лишь пытаюсь не выпустить дважды один и тот же альбом. Я ведь как поклонник этой музыки тоже покупаю альбомы, и они дорожают. Я не хочу выпускать или покупать один и тот же альбом дважды. Особенно в металле, потому что металл для меня на первом месте. Я живу, чтобы играть в группе и иметь возможность выражать свои эмоции и реализовывать музыкальные идеи. Если артист ограничивает себя, поиск идей для него окончен. Я нахожусь в постоянном поиске, мне интересно пробовать что-то новое и растягивать границы. Если металл выживет, группы должны следовать общей цели, прогрессировать и выживать, развивать этот жанр. Не терять энергию, оставаться агрессивными, а то сейчас и так очень много команд смягчают звучание и играют более спокойную музыку.

А какие группы вдохновили тебя в юности?

На нас огромное влияние оказали ребята из Venom, быстрая и хаотичная музыка. И мы взяли это за основу, и вот с тех пор выпустили уже шесть альбомов, и до сих пор здесь.

Что слушаешь сегодня?

В прошлом году купил новый Slayer, недавно видел их живьём, они как всегда великолепны. Новый Queensryche жутко разочаровал, четыре года ожидания, и такое впечатление, что они переделали старые песни, а для фэна это скучно. Новый Mercyful Fate охренительный. Не так давно я снова слушал несколько старых альбомов Iron Maiden: ‘Iron Maiden’, ‘The Number Of The Beast’, ‘Piece Of Mind’. И несколько альбомов Kiss.

Какой твой любимый альбом Kiss?

Сложный вопрос. ‘Alive!’ был особенной пластинкой для меня, он оказал на меня какое-то воздействие. Ещё ‘Destroyer’ очень особенный альбом, столько разноплановых песен – ‘God of Thunder’, ‘Beth’, ‘Detroit Rock City’, много экспериментов.

Спасибо за интервью. Поздравляю с прошлым и будущим успехом.

Спасибо, приятно было пообщаться. Увидимся, когда мы доберёмся до Чикаго.

Материал и перевод: Станислав “ThRaSheR” Ткачук

---

Dimon