Возвращение в Район Залива

[Статья из специального выпуска "Metal Hammer" - "30 Years Of Thrash" за 2014 год]

Интервью с Брайаном Лью и Харальдом Ойменом, авторами уникальной иллюстрированной энциклопедии трэша из Бэй-Эриа. [книга Murder In The Front Row]. Они расскажут нам, каково было видеть, как прямо перед их глазами невероятными темпами разрасталось совершенно новое музыкальное движение…

Когда ты впервые открыл для себя трэш?

Брайан Лью: “С тяжелой музыкой я познакомился ещё до появления трэша. Вначале 80-х в Районе Залива Сан-Франциско было мощное подпольное металлическое движение, и мы поклонялись НВБХМ. Однако многие люди пёрлись и от панка. Я долго не мог въехать в панк, и когда в Сан-Франциско впервые выступили Motorhead, меня сильно удивило количество панков на концерте, потому что я считал Motorhead хэви-металом. Подростком я не понимал, как панки могут любить ту же музыку, что и я. На самом же деле панки и металлисты любили агрессивные группы. Металл с панком в Районе Залива начали смешивать гораздо раньше, чем где-либо в стране. Exodus уже в 1984 году выступали вместе с Suicidal Tendencies. К тому времени как трэш распространился по всему миру, для нас это уже было обычным делом.”

Харальд Оймен: “Для меня всё началось, когда Брайан Лью дал мне послушать демку Metallica ‘No Life Til Leather’ (хотя на тот момент я понятия не имел, кто они такие). Впервые увидев живьём Metallica и Slayer, я постепенно начал осознавать, что трэш был самостоятельным жанром и по всему миру начали появляться новые группы.”

Почему, по-вашему, эпицентром развития этого жанра стал именно Район Залива?

Брайан Лью: “У нас в Районе Залива всегда был плавильный котёл, ещё с 60-х годов. Люди здесь всегда иначе смотрели на всё, что делают и создают. Публика здесь широких взглядов и музыке в Районе Залива это только на руку. Тот факт, что Клифф Бёртон слушал сразу и классическую музыку, и Mercyful Fate, и Lynyrd Skynyrd, и Misfits, и даже R.E.M. – прекрасный тому пример. Я думаю, такой взгляд на ситуацию помог многим группам играть свою музыку, а ребятам вроде меня понимать её. В начале 80-х у нас тут чего только не было. Была у нас парочка музыкальных магазинов, где можно было купить импортные пластинки из Европы; ещё в Сан-Франциско было несколько концертных площадок – с восточной стороны Залива были клубы вроде Ruthie’s Inn, где можно было запросто договориться о выступлении своей команды.”

Очевидно ли было, какие команды были лучшими?

Брайан Лью: “Сложно ответить на этот вопрос 30 лет спустя. Мы с музыкантами были совсем пацанами. Все мы дружили и некоторые из нас играли в группе, так что бесились абсолютно ВСЕ. Но когда появились Exodus, они тут же стали душой и сердцем той изначальной музыкальной сцены в Бэй-Эриа. Как только сюда переехали ребята из Metallica, они стали местными звёздами, но настоящими психами были Exodus – эти парни знали, что такое истинная агрессия.”

Харальд Оймен: “В Бэй-Эриа с первых дней всем заправляли Exodus и Metallica. Они возглавляли наше движение, устраивая пьяные, агрессивные гиги, ставшие легендарными. Но парни из Лос-Анджелеса в лице Slayer и Megadeth начали давать ребятам из Exodus и Metallica повод поволноваться и приобрели свою армию поклонников. Команды второй волны вроде Testament, Death Angel, Vio-Lence, Forbidden и Heathen тоже начали заявлять о себе и число их фэнов постоянно росло. Они устраивали невероятно мощные живые выступления, как и их старшие товарищи, на которых они ровнялись.”

Расскажи, как ты впервые увидел Metallica… Они всегда были «звёздами»?

Брайан Лью: “Нет, они были простыми пацанами, как и все мы. Мы были прыщавыми придурковатыми подростками и пёрлись от металла! Впервые я встретил ребят из Metallica на тротуаре около клуба The Stone в Сан-Франциско перед их первым выступлением здесь в сентябре 1982 года. До этого я разговаривал по телефону с Ларсом и Мастейном, потому что мне дико нравилась их демка ‘No Life Til Leather’, но мы все были одного возраста. Хэтфилду с Ларсом, как и нам, было всего 18. Поэтому ребята из Metallica очень быстро скорешились с публикой в Сан-Франциско. Они, как и мы, были простыми пацанами с улицы, и всех нас объединяла любовь к хэви-металу, особенно НВБХМ. Просто так получилось, что они играли в группе. Ларс был странноват, много болтал, а Джеймс был тихоней. Я до сих пор поражаюсь, какими они стали легендарными и великими.”

Харальд Оймен: “Metallica была словно глоток свежего воздуха на фоне всего того, что тогда происходило, и мы были поражены их скоростью и оригинальностью. Они были нашей собственной местной командой, и мы не хотели делиться ими с остальным миром! Оглядываясь назад, я думаю, что они, безусловно, с первых дней были особенными и имели «звёздный» статус, но никто никогда не мог предсказать, что они станут величайшей группой в мире.”

Что из себя представляли тогдашние концерты в Бэй-Эриа? Полный хаос, месиво и убийство?

Харальд Оймен: “Ага! ПОЛНЕЙШИЙ хаос и убийство. Раньше те команды играли в жопу пьяные, постоянно глушили пивас и водяру – чувствовался элемент опасности, и казалось, что они в любой момент могут слететь с катушек. Ребята в толпе, как правило, тоже были бухие. Это была одна большая пьяная помойная яма человечества, с обилием трясущихся голов и разбитых в кровь носов!”

В Районе Залива всё дружили или же между группами было соперничество?

Харальд Оймен: “У нас была очень дружная музыкальная сцена. Все группы отлично ладили друг с другом, зависали вместе с фэнами на тусовках и вечеринках. Раньше не было различия между группами и фэнами, у всех нас была одна цель. Мы всем сердцем ненавидели глэм-сцену Лос-Анджелеса, а боевым кличем было во что бы то ни стало уничтожить всех позеров и все эти группы! Но, конечно же, между группами существовала здоровая конкуренция. Каждая команда хотела быть самой быстрой и тяжелой!”

Брайан Лью: “Я думаю, и так очевидно из фоток в книге ‘Murder In The Front Row’, что музыкальная сцена в Бэй-Эриа была абсолютно единой и дружной, группы и фэны были одним целым. Вначале всё это напоминало большую банду. Мы читали местные фанзины и тусовались в местном магазине музыкальных пластинок The Record Vault. Я думаю, как только сцена стала больше, мы утратили то единство, потому что появилось больше людей и команд, но так обычно и происходит, если что-то становится популярным. Однако в начале зарождения сцены всё было совершенно иначе – мы были одной семьёй.”

Насколько важен был великий, ныне покойный Пол Бэлофф для всей музыкальной сцены в Районе Залива?

Харальд Оймен: “Пол Бэлофф был просто сумасшедшим парнем. Он ел, дышал металлом и видел его во сне, 24/7 365 дней в год! Он был, по сути, вожаком армии сумасшедших металхэдов. Какую только безумную х*ету они ни творили. Он устраивал тусовки и приглашал людей в дома, в которых даже не жил! Его шутки между песнями Exodus вроде «Металл решает! Если не нравится… сдохни!» и «Моя бабка орёт громче… и она сдохла!» стали легендарными.”

Брайан Лью: “Пол Бэлофф олицетворял всё, что делало изначальную музыкальную трэш-сцену Района Залива особенной. Он был шумным и безумным. Он был категоричен в своих взглядах – Пол ненавидел позеров. В книге есть фото, где у него с Гэри Холтом вокруг запястья завязаны куски одежды. Если кто-нибудь приходил в Ruthie’s Inn в футболке с глэмерской командой, Бэлофф подходил к нему и буквально срывал с него футболку, а потом резал на мелкие кусочки! Они с Гэри вырезали себе «фенечки» и повязывали вокруг запястья. Типа носили их как трофеи. Вот до какой степени мы ненавидели глэм-метал! Бэлофф был громким и сумасшедшим, много отрывался, но он был очень добрым парнем. У него было большое сердце. Пол был предан своим друзьям и местной музыкальной сцене. На сцене он олицетворял все, что было в нас и в песнях, которые он написал с Exodus для первого альбома ‘Bonded By Blood’. Тот альбом – олицетворение изначальной трэш-сцены в Бэй-Эриа и вечный памятник ей. Песня ‘Bonded By Blood’ идеально описывает тогдашнее время.”

А кто вдохновил вас выпустить книгу?

Харальд Оймен: “Я хотел сделать это ещё с тех пор, как начал фоткать концерты в 1979 году. Мы посчитали, что настало подходящее время и так получилось, что выход книги совпал с концертами «Большой Четвёрки» и возрождением трэша, которое произошло несколькими годами ранее. Можно сказать, что так звёзды на небе сошлись, и мы выпустили эту книгу. Музыканты всех групп, которые представлены в книге, прониклись этой идей и мы получили кучу приятных отзывов и благодарностей.”

Брайан Лью: “Мы с Харальдом знакомы с юношеского возраста. Было очень здорово работать над книгой. Я хоть я и знаю Харальда всю жизнь, но последние годы мы не так часто общались. Однако как только мы начали работу над этим проектом, снова почувствовали себя подростками и закадычными друзьями, которые делают книгу для всех своих старых дружбанов.”

Чего нам ждать во втором томе?

Харальд Оймен: “Я пока ещё работаю над деталями, но в идеале во втором томе вы ещё больше увидите моё е*анутое чувство юмора. Брайана уже не будет, потому что он использовал всю свою коллекцию в первом томе книги. Я подумал, что в этот раз прикольно будет рассказать не только о командах из Бэй-Эриа. У меня есть раритетные фотки с концерта Кинга Даймонда, с первого американского тура Celtic Frost – где Том Уорриор в чёрных лосинах и в футболке Anthrax – а также несколько классных снимков с первого концерта Iron Maiden в Сан-Франциско, ещё Black Sabbath, Gwar, Machine Head, Kreator в Диснейленде и куча раритетных фоток Metallica, Slayer, Exodus и Testament.”

Как тебе музыкальная трэш-сцена в 2014 году?

Харальд Оймен: “Она в отличном состоянии. Команды вроде Testament, Death Angel, Machine Head и даже Metallica выпускают отличные и тяжелые альбомы, а также появилось много классных молодых коллективов вроде Diamond Plate, Warbringer и Skeletonwitch, которые переняли эстафету у старой гвардии и представляют новое поколение трэшеров.”

Брайан Лью: “Мне поначалу было чудно видеть, что группы и фэны одеваются точно так же, как мы одевались тридцать лет назад, и звучат как группы 30-летней давности. Я слежу за многими новыми командами и мне интересно, что им нравится старое звучание и прикид. В то же время, всё это делает трэш безвременным и вечным, и к старым фэнам подключается новое поколение фэнов. Мы связаны единой кровью!”

Перевод: Станислав «ThRaSheR» Ткачук

---

Dimon